Объявление не должно оставлять сомнений: шпионам и гражданам, одержимым патологическим любопытством, здесь делать нечего. Но желающие купить какую-нибудь шпионскую штучку сюда периодически заглядывают. А однажды заглянули и следователи.
«Есть письма ФСБ, которые нам дает поставщик этого товара, что они не являются спецсредством. Внешне они выглядят вот так. Только отличаются объективом. У тех, что у нас изъяли, объектив другой», — объясняет Ольга Соболева, предприниматель.
Следователи утверждают: криминал не в объективе, а в том, что изъятые видеорегистраторы выглядели как авторучки. То есть спецсредство было закамуфлировано под бытовой прибор.
В моем личном телефоне теперь есть фотография следователя Ильи Сидоренко. Ее я сделал прямо во время интервью и поинтересовался, наденут ли и на меня наручники, ведь видеокамера у меня с точки зрения закона выглядит как бытовой прибор — телефон.
«Там есть аккумулятор? Вы можете предположить, что этот телефон может записать звук и видео?» – стал спрашивать Илья Сидоренко, следователь Промышленного районного отдела СУ СК по Самарской области.
Когда в основе закона лежат предположения, каждый волен предполагать что угодно. Следователь — одно, судья другое, покупатель — третье, а изготовитель — четвертое. Архангелогородец Алексей Трубин уж никак не предполагал, что его увлечение радиоэлектроникой по чертежам журнала «Радио» сделает его преступником.
«В конце 1997 года знакомый попросил сделать ему радиомикрофон, и на мне застегнулись наручники», — рассказывает Алексей Трубин.
Кроме микрофона Алексей сделал еще и радионяню для своего сына и оказался рецидивистом.
«Я обращался во все инстанции, просил представить перечень запрещенных к обороту спецсредств. Нет такого перечня! Под эту статью можно подвести все, что угодно. Можно просто что-то купить в магазине и оказаться на нарах», — возмущается Алексей Трубин.
Все эти сувениры куплены в разных супермаркетах Самары. Они открыто лежат на прилавках, хотя весь состав преступления налицо. Пластмассовая роза записывает звук, видеодомофон выглядит как городской телефон, а радионяня притворилась детской игрушкой. Адвокаты утверждают: новая редакция статьи 138 Уголовного кодекса неконкретна и опасна.
«Я считаю, что эта статья очень удобна для того, чтобы убирать ненужных людей — адвокатов, журналистов и так далее, потому что любое техническое средство сейчас в редакции данной статьи может быть признано специальным техническим средством», — утверждает Ольга Гисич, адвокат.
Видеозаписи заседаний суда адвокат ведет на обычную видеокамеру, которая и выглядит как камера. Но даже она заметно нервирует всех участников процесса. С одной стороны статья защищает тайну частной жизни, с другой — создает почву для двусмысленных толкований. Это противоречие пока можно преодолеть только одним способом — быть честным и откровенным во всех своих словах и поступках. Тогда никакие шпионские жучки вам страшны не будут.
Подробнее: http://news.mail.ru/incident/4388728
